Пластический хирург Баиев рассказал, что волнует женщин на Кавказе

0
286

Чеченский пластический хирург Хасан Баиев, прославившийся на весь мир после операции по ампутации ноги Шамилю Басаеву, рассказал РИА Новости, какие эстетические недостатки беспокоят кавказских женщин и мужчин, как во время операции распознается характер человека, почему дети рождаются с дефектами и как спасение жизни «террориста номер один» повлияло на его дальнейшую судьбу.

Доктор Баиев, пожалуй, единственный хирург-пластик в России, который никогда не брал деньги за пластические операции детям. В благотворительность он вовлек десятки российских и зарубежных коллег, которые ежегодно уже десять лет приезжают на Кавказ оперировать детей с врожденными аномалиями из разных регионов России. В этом году благотворительная акция пройдет в мае во Владикавказе.

Красота по-кавказски

«В Чечне, я вам скажу, уже эпидемия погони за красотой, очень многие думают, что чем больше закачают что-то в губы или еще куда-то, тем лучше. Без ограничений вводят, потом ходят, плачут от последствий. (Работники центров косметологии) закачивают эти вазелины в разные области, обманывают женщин, у которых потом начинается некроз тканей», — с недовольством говорит Баиев.

С «вазелиновой болезнью», как он называет эти процедуры, приходят к нему, просят устранить последствия.

«Я стараюсь обходить подобные случаи, поскольку нанесен серьезный ущерб здоровью, тут нужна хирургическая операция. С этим должны разбираться правоохранительные органы, за ними следуют судебные разбирательства», — рассказывает доктор. По его словам, когда в Чечне начали преследовать таких «специалистов», поток желающих «навести красоту» переместился в Дагестан и Ингушетию.

Баиев отмечает, что чеченки не любят афишировать вмешательство докторов и, если решаются на перемену внешности, требующую длительной реабилитации, как правило, выезжают в другие регионы. Поскольку в Чечне нет специализированного центра, взрослые пациенты Баиева тоже едут за ним в Москву, где уже второй год работает клиника его имени. Операции под местной анестезией он делает и в Грозном.

«Это блефаропластика, ринопластика, операция на носовую перегородку, круговая подтяжка лица, отопластика, рубцы келоидные», — уточняет доктор.

На Кавказе красивыми хотят быть не только женщины, но и мужчины, несмотря на внешнюю суровость.

«Мужчины чаще всего приходят на пластику носа, в основном спортсмены, получившие деформации из-за физического воздействия. У нас ведь менталитет такой, с детства учат драться, поощряют занятия силовым спортом, ломают носы, а до 18 лет идет формирование костного скелета, происходят сильные изменения, растет горбинка, ухудшается дыхание», — говорит Баиев.

По его словам, зрелые мужчины оперируют веки, но не только для эстетики, а по медицинским показаниям, поскольку нависшая над глазами избыточная кожа портит зрение, есть и такие, кто делает мини-лифтинг. Частыми пациентами Баиева стали и чеченцы, проживающие за рубежом, которым европейские доктора «сделали вздернутый нос».

«Вы можете представить кавказца с курносым носом? Ко мне такие часто приезжают, просят убрать курносость, которую им сделали в Европе. Европейские доктора ведь не учитывают кавказский тип лица, они делают ринопластику по своим стандартам, но нам не идут вздернутые носы. Приходится исправлять», — с улыбкой говорит хирург.

Он считает, что пластика должна выглядеть естественно, «нельзя всем лепить одинаковый нос».

Характер на операционном столе

Баиев утверждает, что во время операции, как нигде, проявляется характер человека: людей с тяжелым нравом оперировать значительно сложнее.

«Стоит сделать надрез ткани и войти — ты сразу чувствуешь характер человека. Если он тяжелый в жизни, то и операция забирает много сил, проходит тяжело. Я оперировал одну женщину, смотрю, ну никак не идет, я настолько устал, что у меня вырвалось: «До чего у тебя тяжелый характер». А она в ответ: «Боже, меня и тут уже знают», — рассказал историю из своей практики доктор.

Результаты операции зависят также от цвета кожи и ее типа.

«Светлые и рыжие девушки сверхчувствительны, у них реабилитация сложнее проходит, раны заживают долго, а смуглые поправляются намного быстрее», — заметил Баиев.

Право на здоровье: что даст населению включение пластических операций в ОМС?

Любимые пациенты

Про Баиева ходят слухи, что якобы у него много звездных клиентов, хотя сам доктор никогда не называет имен.

«Этого нельзя делать ни в коем случае. Если сами говорят, тогда другое дело, их право. Я не понимаю даже, когда коллеги выставляют фото своих пациентов… Это неэтично», — отвечает Баиев на вопрос о знаменитых клиентах, но признает, что их у него немало.

Однако самыми любимыми его пациентами являются дети, которым он возвращает не только красоту, но и здоровье. Именно стремление помочь детям подвигло Баиева оставить престижную американскую клинику и вернуться на родину. Семья тоже осталась в Бостоне.

«Сначала приезжал на месяц-два, оперировал детей и возвращался обратно в Америку. Но потом я понял, что тому количеству детей с дефектами, которые здесь были, такими наездами не поможешь, и решил остаться», — отметил Баиев.

Благородную миссию доктора поддержали коллеги из разных стран — Америки, Канады, Японии, европейских государств. С 2007 года врачи в период своего отпуска приезжают в Чечню и бесплатно оперируют детей со всех регионов России.

«Я заранее отбираю пациентов, составляю график, врачи приезжают и в течение десяти дней работают, проводят десятки операций, в основном это операции по исправлению расщелины верхней губы («заячья губа»), нёба («волчья пасть»), ушных раковин», — рассказывает Баиев.

«Могу сказать, что в ходе благотворительных акций за 10 лет прооперировано около 1200 детей, не считая операции, которые делаю сам, их тоже насчитывается свыше одной тысячи», — говорит доктор.

Он напомнил, что самый многочисленный наплыв был в первый приезд врачей, тогда они прооперировали 150 детей, в основном сирот и малоимущих. В этом году также планируются благотворительные операции зарубежных и российских коллег, но не в Грозном, как обычно, а во Владикавказе.

Баиев гордится тем, что целенаправленная помощь позволила значительно снизить число детей с дефектами и теперь нет «паломничества», как в первые годы, прием и отбор проходит цивилизованно, по графику. На вопрос, что его мотивирует, доктор отвечает просто: «Так должно быть, это мое убеждение и мой долг».

«В мире много обездоленных детей, и я не могу оставаться безучастным, когда есть возможность хотя бы одному ребенку изменить жизнь к лучшему», — говорит он.

Появление на свет большого числа детей с аномалиями в Чечне он связывает с последствиями военных действий.

«Медики говорят о генетических причинах. Согласен, в Дагестане, в частности, такое возможно, поскольку много родственных браков: смешение крови может приводить к аномалиям. А у чеченцев, я уверен, это последствия двух войн. Я до войны работал в Чечне, в год было два-три случая, когда рождались с такими дефектами, а сегодня таких детей сотни», — утверждает Баиев.

Недавно он провел шестилетней девочке из дагестанского Дербента дорогостоящую и уникальную операцию с применением выработанной им самим методики.

«Диагноз редкий и сложный — волосистый невус лобной области, это когда волосы сращиваются с бровью. Во время операции иссекается волосистая часть и пересаживается другая ткань. Это многоэтапная операция, я сделал ее за раз. Пересадил ткань с живота, она прижилась. Цвет восстановился, через месяц был отличный результат, через полгода будет совсем иная картина», — радуется доктор.

По его словам, он каждую операцию делает по-новому, синтезируя опыт, полученный в Гарварде, во время работы в клиниках Англии, Японии, Филиппин, Вьетнама и даже Гаити.

Как террорист изменил судьбу доктора

Разговор заходит о событиях почти 20-летней давности, круто изменивших судьбу Баиева.

В феврале 2000 года боевики, покидая Грозный, через минное поле вышли к селению Алхан-Кала. Многие погибли, выжившие нуждались в медицинской помощи. В своем родовом селе Алхан-Кале Баиев открыл полевой госпиталь, где круглые сутки спасал жизни мирным жителям, российским военным. На операционный стол к Баиеву привезли раненого Басаева, доктор выполнил свой врачебный долг, ампутировал правую ногу террористу и тем самым спас ему жизнь.

«Тысячи раз мне задавали этот вопрос, и я всегда отвечал: «Я не военный, я врач, я выполнил свой долг». Этот факт, безусловно, повлиял на мою жизнь, именно поэтому я оказался в Америке. Я создал проблемы не только себе, но и всем родным. После моего отъезда в Америку мою семью несколько лет мучили», — вспоминает Баиев.

Обвинения в адрес врача посыпались с новой силой после захвата террористами школы в Беслане и последовавших за этим трагических событий.

«Мне говорили, вот ты спас ему жизнь, если бы не спас, то не было бы Беслана. Говорили, я террористов оперировал, но я также спасал жизни и российских военных. Их ко мне привозили, истекающих кровью, на БТР и БМП десятками. Сами военные меня называли «сумасшедший доктор, под бомбами оперирует», — вспоминает Баиев.

Он ни о чем не жалеет, говорит, что, когда принял решение открыть госпиталь под Грозным, который круглосуточно подвергался бомбардировкам, прекрасно понимал, на что идет, но чувство долга взяло верх над страхом, поскольку больниц и врачей в Чечне практически не оставалось, все было в руинах.

«Солдаты, которым я когда-то помог, до сих пор откликаются. Иногда в праздники звонят, поздравляют, говорят, вот, мол, сидим с ребятами, которые были в Чечне, пьем за вас, «сумасшедшего доктора», — улыбается Баиев.

https://ria.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here