Новая веха в армянской дипломатии

0
77

ПРАГА—В Брюсселе прошел очередной переговорный раунд по нагорно-карабахскому урегулированию, и это была первая встреча нового министра иностранных дел Армении Зограба Мнацаканяна и главы МИД Азербайджана Эльмара Мамедъярова.

На встрече в качестве посредников участвовали сопредседатели Минской группы ОБСЕ. Сообщается, что интенсивные переговоры длились более четырех часов. Можем ли мы говорить о каких-то достижениях после встречи, – об этом мы беседуем с экспертом Армянского центра политических и международных исследований Рубеном Меграбяном.

Амина Умарова: Можем ли мы говорить о каких-то достижениях после встречи, которая была посвящена урегулированию нагорно-карабахского конфликта?

Рубен Меграбян: Любая встреча подразумевает определенные достижения, и в данном случае можно говорить о двух достижениях: первое – это сам факт встречи министров иностранных дел после «бархатной революции» в Армении, и второе достижение – договоренность о том, что такая встреча должна произойти еще раз, в ближайшее время.

Амина Умарова: Целых четыре часа – только на знакомство?

Рубен Меграбян: Да, о других достижениях говорить не приходится. Встреча действительно носила ознакомительный характер. Ее длительность говорит о том, что был обсужден, на мой взгляд, весь спектр постпроблем нагорно-карабахского вопроса, которые в будущем необходимо будет обсудить.

Амина Умарова: Давайте перейдем тогда к обсуждению визита премьер-министра Армении Никола Пашиняна в Брюссель, где он провел ряд встреч с официальными представителями Евросоюза и НАТО. Были опасения, что своим визитом в Европу Пашинян делает первые шаги по углублению сотрудничества и интеграции с указанными структурами и что это может привести к проблемам в отношениях с Россией. Вы разделяете эти опасения?

Рубен Меграбян: Я могу сказать одно: углубление и расширение отношений с НАТО и Европейским союзом не будет происходить за счет юридически оформленных обязательств Армении в контексте отношений с Россией, поэтому расхождений в этом политико-правовом отношении не будет. Что касается российского восприятия, то это уже другое дело, потому что здесь очень много вопросов в восприятии со стороны России и очень длинный пропагандистский шлейф, т.е. Россия может на это смотреть как угодно, в том числе очень ревниво. Я не исключаю, что на Армению в ближайшее время польется довольно-таки ядовитая пропаганда со стороны российских псевдополитологов и псевдожурналистов, но, я думаю, это не смертельно.

Амина Умарова: А ЕС пересмотрит свою позицию в отношении Армении или это был просто теплый прием премьера, пришедшего к власти способом, весьма к нему располагающим, т.е. при абсолютной поддержке народа и без провокаций со стороны тогдашней власти Армении?

Рубен Меграбян: Тут несомненны две вещи: первое то, что отсутствие проблем с легитимностью у нынешнего руководителя Армении придает беспрецедентно большую прочность его позициям в переговорах со всеми внешними партнерами, в том числе, и в данном случае, с НАТО и ЕС, и в этом уже отличие позиции Армении в данном переговорном процессе с указанными структурами; второе – это восприятие Армении. Другое дело, что если раньше на Армению смотрели как на партнера, скажем так, с ограниченными возможностями в силу объективных и субъективных причин, то на данном этапе такого нет. Более того, Пашинян сказал следующее: «Армения не находится в роли просителя каких-то средств, вы можете помочь, а можете не помочь, но мы свое дело делать будем, потому что таково требование народа Армении».

Амина Умарова: Как будет меняться армянская дипломатия? Вы видите какие-то предпосылки, что она будет меняться?

Рубен Меграбян: Будет меняться качество и содержание армянской дипломатии, потому что если раньше эта дипломатия преследовала цель отсутствие легитимности внутри страны компенсировать легитимностью извне и выставлять на торги и демократию, и борьбу с коррупцией, и многое другое, то в настоящее время таких факторов в отношениях Армении с ЕС и НАТО больше нет. Сейчас уже нужно говорить о более серьезных вещах. Армения действительно не нуждается в поощрениях, а нуждается в серьезном фундаментальном партнерстве. Но мы понимаем, что для этого необходимы еще и благоприятные внешние факторы, поэтому индикатором того, насколько наши западные партнеры готовы сотрудничать с Арменией на такой вот фундаментальной основе, является, конечно, отношения Грузии с НАТО, потому что Грузия – это наш путь к партнерству. Но мы видим, что 15 лет Грузия, в принципе, стоит в преддверии к членству, но его ей не предоставляют под разными предлогами. На этот раз тоже были обнадеживающие заявления о том, что это членство будет обязательно, но будет в будущем. Мы понимаем, что на Кавказе ситуация изменится тогда, когда 5-я статья Североатлантического договора будет распространяться и на наш регион, а этого пока нет. Поэтому здесь есть большие ограничения – фактор России, эффективность сдерживания России и ее имперских амбиций. Мы видим пока, что НАТО вырисовывает определенные элементы стратегии, но это не вся стратегия по сдерживанию России. Это все ограничивающие факторы.

Амина Умарова: А как вы думаете, Армения будет в будущем стремиться в НАТО и Евросоюз, как это делает, например, Грузия?

Рубен Меграбян: В будущем об этом, я думаю, можно будет говорить, когда Грузия станет членом НАТО. Когда вопрос Грузии будет решен и Армения будет соседствовать с 5-й статьей Североатлантического договора не только через турецкую границу, но и через грузинскую, тогда в общем-то будет основание для такого разговора.

https://www.ekhokavkaza.com

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here