Клинцевич: США начали пестовать террористов именно в Афганистане

0
44

Американские спецслужбы участвовали в создании незаконных вооруженных формирований в Ливии, Сирии, на Кавказе, но впервые эта технология была апробирована именно в Афганистане, считает член комитета по обороне и безопасности Совета Федерации Госдумы РФ Франц Клинцевич.

ТАЛЛИНН, 17 фев — Sputnik, Александр Хроленко. Накануне 30-летия вывода советских войск из Афганистана мыслями об этой стране и сопутствующих проблемах Центральной Азии поделился с агентством Sputnik член комитета по обороне и безопасности Совета Федерации Государственной думы РФ полковник запаса Франц Клинцевич, который в 1986-1988 годах участвовал в боевых действиях на территории Афганистана.

— Франц Адамович, когда советские войска вышли из Афганистана, война в стране не завершилась, 17 лет продолжаются американские операции. Удастся ли США и НАТО адаптировать Афганистан под свои интересы?

— Знание тенденции освобождает от знания мелочей. Прежде всего, имеется понимание, что с нами и нашими союзниками на Западе не намерены воевать ракетами и самолетами, потому что знают о непобедимости Российской армии.

Противник будет давить экономически, дестабилизировать обстановку вблизи российских границ, дискредитировать законную власть. Что и происходит в странах Центральной Азии. В этой стратегии у Афганистана — особая роль.

Соединенные Штаты в 2001 году ввели в Афганистан войска, отодвинули «Талибан»*, убили Ахмад Шаха Масуда (из-за его политических амбиций и влияния), создали хаос, в условиях которого начало набирать силу «Исламское государство»*. До 2015 года это была маленькая ячейка в Кандагаре, а потом в Афганистан перебросили группу главарей, для подготовки широкомасштабных операций на северном направлении.

Важно подчеркнуть: современный международный терроризм пестовали в Афганистане. Технология незатейливая.

Мне запомнилась фраза одного американского эксперта: «В мире огромное количество людей, которые за 200-300 долларов готовы воевать и убивать хоть всю жизнь, а деньги мы печатаем тоннами». В перенаселенной стране всегда найдется пара миллионов человек, которые будут за бумажки уничтожать сограждан. Колоссально страшный инструмент, о котором сегодня мало говорят.

Технологию, когда-то апробированную в Афганистане, мы наблюдали также в Ливии, Сирии, на Кавказе и на Украине. Мы анализируем и готовимся.

— У Афганистана имеются влиятельные соседи — Иран, Китай, Пакистан, Узбекистан, Таджикистан и другие. Можно ли совместными усилиями остановить деструктивные процессы?

— Да, имеются очень хорошие международные контакты спецслужб и правоохранительных органов. Нередко участвую в конференциях форматов СНГ, ОДКБ, ШОС, присутствую на открытых и закрытых дискуссионных площадках и вижу, что профессиональное взаимодействие, консолидация сил, система договоров пока позволяют отбиться от большой беды, но главные вызовы впереди.

Проверенное американцами в Западной Европе «миграционное оружие» раньше или позднее будет предъявлено странам Центральной Азии и России. Огромные потоки голодных, безработных беженцев без знания языка общения устремятся на север.

Сложные социально-экономические условия и специфика ряда центральноазиатских стран упрощают задачи дестабилизации. Определены лидеры, которым даны возможности обогащения, сохранения денег за рубежом (их будут долго держать на этом крючке). А истоки этой сложной геополитической ситуации, этой спецоперации Запада — в 1973 году, когда в Пакистане начали готовить террористов для Афганистана, которые впоследствии стали «Талибаном»*, «Аль-Каидой»*, ИГ*.

— Как вы оцениваете потенциал встреч по Афганистану в Московском формате? Насколько плодотворны контакты парламентов Российской Федерации и Исламской Республики Афганистан?

— У наших стран имеются прочные исторические связи, и в XXI веке необходимо по-новому выстраивать отношения, прежде всего экономические.

К сожалению, региональное и мировое сообщество в целом очень сильно подвержено влиянию Соединенных Штатов. России и Афганистану очень сложно взаимодействовать через коммуникативные реалии сегодняшней Центральной Азии, в условиях, когда сотрудники американского посольства дают рекомендации-указания министрам страны пребывания и последние не могут ослушаться.

Мой боевой товарищ и коллега в рамках нашего комитета Михаил Васильевич Козлов многое делает для укрепления межпарламентских связей. И все же эти отношения в значительной степени зависят от органов исполнительной власти, деятельности и приоритетов министерств иностранных дел. Считаю, что Афганистан — проблема и угроза для всего человечества и заслуживает гораздо большего внимания МИД РФ.

— Могла ли быть иной история Афганистана трех последних десятилетий?

— Могла, и она сложилась бы иначе, если бы не предательство Ельцина в 1992 году (это моя личная оценка). У нас были бы совсем другие взаимоотношения с Афганистаном, мы не имели бы угроз дестабилизации постсоветской Центральной Азии — усилиями прежде всего спецслужб США и коллективного Запада.

Президент Наджибулла в 1992 году, накануне переворота талибов, для стабилизации ситуации попросил у России всего 500 тонн дизельного топлива для заправки танков и бронетранспортеров. Однако в Москве уже вовсю работали советники из ЦРУ, которые сказали, что поставки топлива нежелательны. И Ельцин отказал, а ведь ранее в ходе войсковых операций в Афганистане мы ежедневно тратили тысячи тонн топлива.

Цена этого политического решения — рост террористических угроз по всему миру, развитие «Аль-Каиды»*, «Исламского государства»* и других экстремистских группировок, сегодняшний колоссальный наркотрафик.

— Франц Адамович, очевидно, Афганистан для вас — не только годы боевых действий и два ордена Красной Звезды, но и определенное место в душе?

— Мое поколение росло в парадигме будущих героев, и я учился в военном вузе, служил в 7-й дивизии ВДВ. Когда начался Афганистан, меня, молодого офицера, направили в Военный институт иностранных языков. Затем в 1986-1988 годах служил в 345-м отдельном парашютно-десантном полку в Афганистане.

Главным опытом той поры были особые отношения людей, боевое братство, которые не прекратились и тридцать лет спустя. Афганский опыт очень пригодился на Северном Кавказе, где мне пришлось работать в 2000-2005 годах.

Офицеры, которые продолжали службу после Афганистана в Министерстве обороны, в ФСБ и в МВД в значительной степени укрепляли безопасность страны, цементировали российскую государственность. Так, Шойгу, Бортников, Колокольцев — все прошли Афганистан, имеют боевой опыт и непререкаемый авторитет.

С другой стороны, я люблю афганский народ и его очень древнюю культуру. Напомню, когда в 1979 году мы вошли в Афганистан, не существовало исламского фундаментализма, средневековой зашоренности. Там было нормальное светское общество. И только внешнее влияние Запада кирпичик за кирпичиком выстроило весь сегодняшний негатив — наркотрафик, систему социальных противоречий, исламский терроризм.

Последнее — механизм деградации человечества, страшное преступление и оскорбление для людей, которые искренне разделяют веру. Ислам требует от нас очень осторожного обращения и межконфессионной терпимости, вне навязанных врагами Афганистана искусственных стереотипов или двойных стандартов.

* Террористические организации, запрещенные в России и ряде других стран.

https://ee.sputniknews.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here