Чеченская война: цена тотальной деградации

0
315

Всё то, что произошло с нашей страной в 90-е годы прошлого века, можно наиболее ёмко передать определением «тотальная деградация».

И, пожалуй, самым неожиданным и от этого самым ужасным в этой деградации было то, с какой чудовищной быстротой она совершилась. Ещё буквально вчера советский государственный аппарат работал относительно неплохо, экономика была достаточно стабильной, армия внушала страх всем потенциальным противникам, спецслужбы надёжно защищали от происков врагов. Казалось, что запас прочности, накопленный советской системой, весьма велик, и поэтому она даже после ликвидации СССР может по инерции более или менее эффективно функционировать ещё весьма значительный период времени.

Но оказалось, что процесс полного и всестороннего распада столь стремителен, что у внезапно ставшей независимой России уже через несколько месяцев от советского наследства не осталось почти ничего. И в наиболее концентрированном и уродливом виде эта тотальная деградация проявилась в событиях, происходивших в Чечне и вокруг неё все 90-е годы. Российская власть показала там себя с самой худшей стороны, которую только можно представить. Отвратительное предательство, циничная подлость, откровенная продажность, невероятная трусость, патологическая глупость, наглое равнодушие — это далеко не полный перечень того, что изволило демонстрировать политическое, военное и спецслужбистское руководство страны. Итогом всего это была страшная цена — сотни тысяч искалеченных человеческих судеб и многомиллиардный материальный ущерб. А над самим существованием единого Российского государства нависла совершенно реальная угроза.

В 1990 году, после своего прихода к власти в РСФСР, либеральные силы начали срочно искать союзников для существенного ослабления государственных структур СССР и последующей их полной ликвидации. Таковые были тут же найдены в лице националистических движений в союзных республиках. Также для подрыва влияния союзного центра уже в самой России и привлечения на свою сторону автономных республик был провозглашён обращённый к российским автономиям печально известный и по сути своей совершенно антигосударственный лозунг «Берите суверенитета столько, сколько захотите!». Но власть в автономных республиках весьма прочно удерживалась местной партийной номенклатурой, а националистические и сепаратистские идеи, особенно по сравнению с союзными республиками, были не очень распространены.

Одним из немногих исключений в силу ряда исторических, политических и идеологических причин была Чечня. Именно в Чечне возникло мощное националистическое движение, изначально направленное на отделение от СССР и РСФСР и на создание собственного независимого государства Ичкерия. Особое значение имело то, что чеченских сепаратистов возглавил крайне амбициозный и харизматический и весьма талантливый и яркий лидер — генерал Дудаев, уже давно разделявший идеи националистических народных фронтов Прибалтики. Сепаратисты, пользуясь поддержкой недавно возникших, но уже очень влиятельных чеченских мафиозных структур, стали фактически открыто планировать силовой захват власти. Необходимо отметить, что такая деятельность происходила при абсолютном попустительстве российских властей.

После краха ГКЧП попустительство стремительно сменилось на полнейшую поддержку и поощрение. Именно из Москвы неслись требования силой свергнуть местные законные органы власти. Поэтому российские власти и московскую либеральную общественность нисколько не смутил вспыхнувший в Грозном вооружённый антигосударственный мятеж, полностью обрушивший всю законную систему власти. Как их абсолютно не смутил тут же начавшийся кровавый террор против политической оппозиции и нечеченского населения. Мало того, либеральные СМИ не скрывали своего восхищения, ещё долго называя Дудаева «проельцинским», вооружённый мятеж — «чеченской революцией, сравнимой с августовской революцией», а десятки тысяч русских беженцев — «партократами и гебистами». Есть и вполне ясное объяснение того, почему федеральные власти приветствовали грубейшие нарушения всех союзных и российских законов в Чечне.

Победившие либералы в тот момент сами цинично попирали многие существующие законы, введя, например, совершенно неконституционные должности невыборных глав областных администраций и полпредов президента в областях. А Беловежские соглашения и последующий роспуск союзных властных структур по существу были таким же государственным переворотом, разве что не осуществлённым силовым путём. Кровавый же разгон Дудаевым собственного парламента в июне 1993 года явно послужил «хорошим» примером для его московских коллег по исполнительной власти.

С совершенно абсурдным равнодушием Москва наблюдала за процессом, который впоследствии сыграет роковую роль в будущих войнах, — массовым захватом оружия и боевой техники. Силовыми структурами не предпринималось практически никаких попыток спасти воинские арсеналы от тотального разграбления. В руках ичкерийцев оказались танки, БМП и БТР, пушки и гаубицы, реактивные системы залпового огня, самолёты, огромное количество огнестрельного оружия, боеприпасов и материального имущества.

Таким образом, захваченного и услужливо переданного российским военным командованием оружия оказалось столько, что его с лёгкостью хватило на создание вполне многочисленной регулярной ичкерийской армии. А в 1992 году Москва и Грозный, не афишируя, заключают абсолютно нелегитимное и не вынесенное на рассмотрение российского парламента соглашение о полном выводе всех российских войск с территории Чечни. Тем самым был полностью потерян всякий контроль над республикой.

В течение трёх лет отношения России и Чечни имели какой-то совершенно сюрреалистический характер. Москва, де-юре не признавая независимость Чечни-Ичкерии, де-факто её фактически признала. Грозный пользовался полной политической и военной самостоятельностью, при этом проводя полностью враждебную России политику. Чечня продолжала усиленно вооружаться, фактически беспрепятственно приобретая оружие как в России, так и за её пределами и готовясь к ведению полномасштабной войны с российской армией. Республику наводнили иностранные наёмники, агенты зарубежных спецслужб и члены международных террористических организаций.

Чечня стремительно превратилась в абсолютно криминальную территорию, крупный транснациональный центр по нелегальной торговле оружием, наркотиками, нефтью. Огромный ущерб экономике России нанесли махинации с фальшивыми чеченскими авизо. Большие масштабы приобрели захват заложников и похищение людей с целью выкупа, а также такое совершенно позорное явление, как работорговля. Против чеченцев, лояльных России, и против русского населения при полном попустительстве российской власти и многочисленных «правозащитников» осуществлялся массовый террор. В связи с этим численность населения Чечни резко сократилась: дудаевскую Ичкерию вынуждены были покинуть значительная часть чеченцев и большинство русских, оставивших там практически всё своё имущество.

При всём этом Россия продолжала считать Чечню частью своей экономической территории, поэтому дудаевский режим пользовался многочисленными преференциями. В республику не прекращали поступать крупные перечисления из федерального бюджета, местные государственные и коммерческие структуры имели право свободно вести внешнеторговые операции, Чечня беспрепятственно и притом без всякого контроля со стороны России осуществляла воздушное сообщение с зарубежными странами, а на чеченские нефтеперерабатывающие предприятия с завидной регулярностью поставлялась российская нефть. Излишне говорить, что Россия несла колоссальный урон от подобных «взаимовыгодных» экономических отношений.

Можно уверенно считать, что политика, осуществляемая Россией по отношению к Чечне, по существу никакой политикой и не являлась. Российская власть абсолютно не умела вести долгосрочное стратегическое прогнозирование и планирование, не обладала ни малейшей политической волей и элементарным здравым смыслом для совершения правильных тактических шагов, совершенно не разбиралась в сложных национальных и религиозных отношениях на Северном Кавказе. Изрядную долю хаоса и неразберихи в подобную псевдополитику добавляли личные и корпоративные корыстные интересы многочисленных чиновников и коммерческих структур.

В конце концов высшее руководство России пришло к выводу, что с мятежной территорией надо что-то делать и что проблема не рассосётся сама по себе. Но, опять же, принятое в итоге решение о применении силы было столь плохо продумано и исполнено, что производило впечатление какой-то ситуативной судорожной конвульсии. Политическое, военное и спецслужбистское руководство совершало грубейшие ошибки и просчёты буквально во всём: начиная от существенной недооценки боеспособности дудаевской армии и фактора этнической сплочённости чеченцев и кончая неспособностью правильно рассчитать необходимую численность федеральной группировки войск и устранить рассогласованность в деятельности различных силовых ведомств. Кроме того, само решение о начале боевых действий в лучших традициях власти 1990-х годов принималось в нарушение Конституции и российских законов.

Ввод войск в Чечню, начавшийся 11 декабря 1994 года, буквально в первый же день наглядно показал, насколько после распада СССР успело деградировать Российское государство. Выяснилось, что российская армия практически небоеспособна, а российские спецслужбы абсолютно неэффективны. Началась эпоха почти 10-летнего публичного позора отечественных силовых структур. Они оказались почти не в состоянии выполнять те войсковые и специальные операции, которые ещё несколько лет назад весьма успешно выполнялись во время войны в Афганистане.

И что самое ужасное, российские войска и правоохранительные органы сразу же стали нести колоссальные потери в живой силе и технике, совершенно несравнимые с потерями в Афганистане. Особенно поражало значительное число военнослужащих, оказавшихся в плену или пропавших без вести. Картина же почти полностью разрушенного в результате жестоких многодневных боёв Грозного производила просто жуткое впечатление.

Почти все без исключения события чеченских войн стойко ассоциируются со слабостью государства, с трусостью и подлостью политиков, бездарностью и жестокостью военачальников, алчностью и цинизмом предпринимателей и, что особенно печально, равнодушием общества. Также крайне возмутительным является то, что практически никто из облечённых властью лиц, виновных в том, что они довели ситуацию до кровавого хаоса, не понес никакой ответственности, ни уголовной, ни политической.

https://regnum.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here